reductor111 (reductor111) wrote,
reductor111
reductor111

  • Music:

"... и да гордится им та часть, которая числит его в своих рядах."



«Приказ № 54
17-му армейскому корпусу
24 ноября (7 декабря) 1904 года.

При атаке села Линшинпу 3 минувшего октября несколько нижних чинов из числа принимавших в ней участие, будучи ранены, заползли в артиллерийский окоп, в котором и засели, полагая выждать наступления наших войск или отступления японцев. Среди этих нижних чинов оказались рядовые 7-й роты 12-го пехотного Великолуцкого полка Иван Ищенко и Ахтем Харзаматов и один из рядовых 6-й роты (по имени Матвей), фамилия коего осталась неизвестной.
Первый из нижних чинов был ранен в шею, бедро и колено, второй был ранен сравнительно легко – в мягкие части левого бедра. Кроме них в окопе было около 10-12 нижних чинов, многие из них, тяжелораненые, умирали.
Когда раненые собрались в окопе, Харзаматов, как легкораненый, оказал им посильную помощь; он собрал с находящихся вблизи убитых шинели и накрыл ими раненых, страдавших от стужи, затем сделал перевязку своему рядовому товарищу Ищенко, собрав для этого с убитых перевязочные пакеты; он же вырыл колодец, откуда находящиеся в окопах доставали воду.
Впоследствии, когда приходили японцы, снимали с раненых шинели и зарывали колодец, Харзаматов опять доставал шинели и возобновлял колодец.
Такая совместная жизнь в окопе продолжалась 43 дня, с 3 октября по 15 ноября включительно. В это время к окопам несколько раз подходили японцы, не обращавшие на наших раненых никакого внимания и не подававшие им никакой помощи. Впоследствии у оставшихся в живых явилось опасение плена, и при посещении японцами окопа они притворялись мертвыми. Питались раненые сухарями, отбираемыми с убитых, а после одного ночного дела, когда японцы были отбиты, рядовой Ищенко дважды вылез из окопа и нашел японские мешки с запасом риса и галет, которых товарищеской артели хватило на несколько дней. Когда эти запасы истощились, пришлось питаться сырым гаоляном, собираемым с полей.
Неоднократные попытки бросить окопы и подползти к своим пришлось оставить: слабость и страдания от ран препятствовали этому. Предприятие это затруднялось также постоянной стрельбой между нашими и японскими позициями.
Такая мученическая жизнь продолжалась до 14 ноября. В живых к этому времени осталось только трое. В ночь с 14 на 15 ноября к окопу подобралось 8 японцев, один из них нечаянно наступил на ногу рядовому 6-й роты (по  имени Матвею), который от боли застонал. Обнаружив раненого, японцы потащили его с собой. Несмотря на его мольбу, товарищи были бессильны помочь ему, а рядовой Ищенко был даже подозрительно осмотрен одним из японцев,  оттащившим его за ногу в сторону. Тем не менее он был оставлен на месте.
Происшествие это встревожило рядовых Харзаматова и Ищенко, и они, опасаясь быть открытыми, в следующую же ночь решили ползти к своим. Зажившие раны мало этому препятствовали, но истощение от долгой голодовки и крайняя слабость делали это предприятие трудным. Проползти надо было 300 – 400 шагов.
В ночь с 15 на 16 ноября рядовые Харзаматов и Ищенко приступили к осуществлению своего замысла. Когда они после долгих усилий уже приближались к своим, их обнаружил секрет, давший по ним несколько выстрелов. Затем началась залповая стрельба с нашей стороны. Рядовые Харзаматов и Ищенко прилегли между грядками гаоляна, а когда стрельба стихла, продолжали ползти дальше и скоро благополучно добрались до передовых окопов, занятых 9-м пехотным Ингерманландским полком. Там их пригрели, накормили, а затем доставили в санитарный поезд.
Объявляю по войскам корпуса об этом беспримерном подвиге рядовых Харзаматова и Ищенко. Оба они предпочли страдать от ран, холода и голода, лишь бы не попасть японцам в плен; оба они до последней минуты не покидали друг друга и оказывали взаимную помощь в тяжелом положении; наконец, оба они, не расставаясь, пошли на явную опасность, когда возможность попасть в плен стала почти очевидной. Особенно отмечаю подвиг рядового Харзаматова, который, как легко раненый, мог много раньше присоединиться к своим; он предпочел, однако, остаться с товарищами, которым нужна была помощь, может быть и бесхитростное, простое, но сердечное слово последнего утешения. Харзаматов говорит об этом просто, почти не сознавая всей высоты своего подвига, но да будут всем ведомы его доблесть и самоотвержение, и да гордится им та часть, которая числит его в своих рядах.
Приказ этот предлагаю прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях и командах временно командуемого мною корпуса.
Временно командующий корпусом генерал-лейтенант Волков.»
Русско-японская война 1904-1905 гг. Сборник документов. М., 1941. с.262-263


«Если мы не будем отворачиваться от тех печальных условий, в которых пришлось действовать нашим войскам, то мы поразимся подвигами, действительно ими свершенными; мы преклонимся перед испытаниями, которые преодолел наш солдат. Лжи для этого не надо – надо только трезво смотреть на события во всей их полноте.»
Генерального штаба капитан А. Свечин
1907 г.
Tags: От героев былых времен...
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments